Л.А. Махова: «В нашей семье память о войне священна!»

---

Жители Навлинского района делятся своими историями о родных, которые сражались на фронте, трудились в тылу, пережили блокаду или оккупацию в 1941–1945 годах.

Мой дед, Борзыкин Егор Константинович, родился в 1919 году в селе Девичье Навлинского района Орловской области. Работал в колхозе, в 1939 году женился. В жёны выбрал самую красивую и порядочную девушку Шумакову Веру Марковну. Вместе они прожили всего два месяца и дедушку призвали на срочную службу в армию. Моя бабушка осталась беременная, ждать своего Егора. Письма писал очень часто, соседские девчата завидовали, когда почтальон приносил целые стопки писем, а она их складывала в стопочку и берегла.

Перед самым началом войны деда перевели в Эстонию, в июле он должен был демобилизоваться, но этого не случилось. Началась война.
Долгих три года оккупации бабушка Вера ничего не знала про своего мужа. Село Девичье было оккупировано немцами. На руках была маленькая дочка, которая родилась в феврале 1940 года, но, несмотря на это, немцы гоняли на принудительные работы, копать окопы далеко за Навлю пешком, и также пешком немцы их гнали домой. Один из таких дней она запомнила на всю жизнь. Вечером немцы после работы погнали их домой через Навлю и внезапно приказали остановиться. Впереди они увидели небольшую группу людей, которые стояли в ряд. Немец что-то говорил, кричал, показывал на этих людей, а бабушка ничего не понимала, были сумерки, осень. И только, когда подул ветер и люди начали раскачиваться, она поняла, что это повешенные. Ужас сковал всё тело. Немцы подогнали их совсем близко к повешенным и заставили смотреть. Было очень страшно поднять голову, но когда она её подняла, то совсем оцепенела от страха. Перед ней висела молодая девушка, с короткой стрижкой, совсем седая. Это была Мария Дунаева, перед войной она работала в библиотеке в Девичье, и бабушка дружила с ней. Домой они бежали бегом от страха, не чувствуя ног.

Бабушка рассказывала, что в Девичье перед войной жила семья учителей. За связь с партизанами мужа и его брата арестовали, а беременную на большом сроке жену каратели привязали к конскому хвосту за руки и по мёрзлой земле поволокли в Литовню. Больше о них она никогда не слышала…

В конце августа 1943 года немцы, отступая, сожгли Девичье, а всех жителей угнали как своё прикрытие. Красная армия освободила их в Комаричском районе. Вернулись домой, а там — пепелище! Сгорело всё, даже то самое ценное, что сумели закопать под сараем: зерно и одежда. Среди сгоревшего были и письма от дедушки.

А потом пришла похоронка. «Пропал без вести. Можно считать погибшим с декабря 1943 года». Такие похоронки приходили многим после освобождения Брянщины.

Моя мама, Морозова А.Е., выросла без отца, она всю жизнь искала его, надеялась, что сможет найти хоть какую-то весточку. В память об отце и обо всех погибших в Великой Отечественной войне моя мама стояла у истоков создания музея трудовой и боевой славы Щегловской средней школы. До выхода на пенсию в 2004 году руководила школьным музеем и вместе с учениками ухаживала за братской могилой воинов, погибших при освобождении деревни Щегловка и её окрестностей.

Я тоже до сих пор ищу своего дедушку. Знаю, что у него был товарищ из Лесок Мишин М.В., с которым дед служил вместе и вместе был переведен в Эстонию. Мишин М.В. был пленён и оказался в лагере.

Дед не вернулся с войны. У него осталась одна дочь. Потом появилось трое внуков, 8 правнуков, 9 праправнуков. Я знаю, наш род будет продолжаться, и память о нашем дедушке Борзыкине Егоре Константиновиче будет храниться в веках!
В нашей семье память о войне священна! Мы помним! Мы гордимся!

Л.А. Махова, заместитель директора по УВР МБОУ «Щегловская СОШ»